Татьяна Рябинина

Совсем скоро мы проводим 2019 год, который запомнится, в том числе, и протестами против строительства церквей, которые прошли в городах России и в Красноярске. И одновременно с этим создаются новые приходы, верующие просят новые места для молитвы. Своими суждениями по поводу главных событий уходящего года владыка поделился в эфире радио «Комсомольская правда».

— До конца 2019 года остается меньше месяца. Событий было много, одно 400-летие Енисейска и возрождение сразу нескольких храмов буквально из руин, чего стоит. А чем еще войдет 2019 год в историю Красноярской митрополии?

— Церковь живет своим временем, оно направлено на человеческую душу, на воспитание морально-нравственных качеств и человеческие достижения, прославляющие Творца. В начале года весь наш край готовился к Универсиаде, которая прошла успешно, красиво и прославила наш город, Сибирь, Россию. Казалось бы, при чем тут Церковь, могут спросить люди. Во-первых, среди гостей и спортсменов было немало верующих всех конфессий, во-вторых, специально для них в Деревне Универсиады создали Центр религий, в котором были представлены семь конфессий, в том числе и Православная Церковь. К началу Студенческих игр по желанию верующих установлен Поклонный крест на Дрокинской горе как память о погибших в Гражданской войне, как знак примирения. Также это — память о летчиках, которые в годы Великой отечественной войны перегоняли самолеты для фронта по трассе Аляска-Сибирь. Церковь не может ставить памятники, а Поклонный крест — это и память, и слава Божия, и знак спасения, и символ. Законодательное собрание это место объявило объектом культурного наследия, и его дальнейшее обустройство продолжается.

Средства поступают от жертвователей, от разных, от бедных и богатых. И зимой мы продолжаем работу, здесь должен быть и подкрестный храм, и скульптуры. На это место уже приезжают молодожены, верующие, гости Красноярска. Крест стал притягивать людей, а не только враждебное отношение, которое дьявол через людей пытался создать.

— Если говорить о важных событиях года для всей России, то это 10-летие Патриаршества Патриарха Кирилла.

— Это умнейший человек, он все знает очень глубоко! Таких больше нет. Я поступил в семинарию, где он был ректором, и он меня поразил, и многое фанатично религиозное улетучилось из меня, я стал настоящим православным человеком.

— Я недавно задумалась над тем фактом, что когда была основана Красноярская епархия, а это 1990 год, на всей огромной территории было меньше 10 храмов. Сейчас их больше 200 и епархия в крае уже не одна. Чья в этом заслуга, как вы считаете?

— Верующего народа. Мы, те, кто служит в священном сане, приходим к тем, кто нас ждет. Мы обязаны идти к ним. В нашей стране традиционно распространено православие, и ислам, и все конфессии у нас уживаются, сотрудничают, а люди роднятся через браки. Православие живет в нашем народе на генетическом уровне. Потому и создаются группы верующих, которые хотят получить место молитвы и этот процесс не останавливается ни в городе, ни в селе. Заявление, что много храмов – ложное. У меня много писем от жителей новостроек, пишут мужчины 25–30 лет, что им некуда с детьми пойти. Старшее поколение в этом менее активно, а молодежь уже не боится. Эта востребованность все время напрягает силы епархии, чтобы выполнить требования тех, кто в этом нуждается. Ведь храм построить нелегко, это большая работа.

— В 2019 году в стране было много протестов против строительства православных храмов, особенно ярко это проявилось в Екатеринбурге. Однако первое, куда приходят люди в новом для себя городе, — это культовые объекты: мечети, синагоги, православные храмы. Как сочетается интерес и уважение с неприятием и протестом?

— Наша страна — страна парадоксов и столкновений, так было всегда, еще со времен язычества. Это не против верующих, не против Церкви. Эта борьба вносится в наше общество извне через самые слабые звенья: человеческие души, сердца и умы. Люди ведут борьбу неведомо за что, мы это увидели, когда столкнулись с неприятием нашего собора на Стрелке. Мы его не начали строить, потому что нет финансов. Но земля у нас оформлена как положено по закону, он когда-то обязательно будет на этом месте. У нас нет ненависти и злости, нам некогда об этом думать. Строятся храмы, создаются приходы, — это самое важное.

— Вместе с этим выпуском газеты наши читатели получили в подарок православный путеводитель по Красноярскому краю и Хакасии. Нам кажется, что паломничество, интерес к архитектуре, истории для кого-то может стать первым шагом к вере. А что вы думаете по этому поводу?

— Совершенно совпадают наши представления. Вектор правильный! С чего начинается Родина – она начинается и с храма, ведь так было даже во времена атеизма. Хотя, на самом деле, никогда не было атеизма в нашей стране. Такие путеводители – это большой труд «Комсомольской правды», это востребовано, особенно после 400-летия Енисейска, нашего Сибирского Иерусалима. Здесь процветала жизнь, люди строили величайшие храмы, добротные дома. И не надо ехать далеко, чтобы прикоснуться к истории, это есть и у нас в Сибири. Я сам сделал для себя много открытий, и благодарен судьбе, что увидел и принимал духовное участие в возрождении Енисейска.

— Не раз слышала от священников, что православная Церковь — не секта и никого не зовет. Человек должен прийти сам, осознанно. А что надо сделать, чтобы он осознал и пришел?

— Непрерывно исполнять установку Господа Иисуса Христа: «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф. 28:19). Исполнять заповеди добра, жизни, человечности – вот чего хочет от нас Господь. И человек придет сознательно, добровольно. Я недавно крестил молодежь, студентов наших техникумов, колледжей, 25 человек. Ничего нельзя делать насильно, ни причащаться, ни молиться. Когда родители приносят малышей в храм и причащают их, а они плачут – это

неправильно. Пусть малыши просто приходят, привыкают, а когда подрастут, сами осознают. Православная Церковь – это образ жизни, вхождение в нацию, культуру.

— А вы сами крестите и причащаете?

— Конечно, какой же я епископ, если не буду совершать Таинства? Тем более, что дети и молодежь для Церкви очень важны. Пустите ко мне детей, говорил Господь.

— Люди сейчас не расстаются с телефонами. Даже в храме. Как вы относитесь к фото в храмах?

— Я лично противник, потому что это становится эпидемией. Недавно произносил проповедь о вреде телефонов, а люди снимали меня на телефон! А ведь это отвлекает от молитвы. Бога надо чувствовать. Но мы не препятствуем, если хочется сделать фото, то можно. Самое главное — храм в сердце. Бог живет не в рукотворных храмах, а в человеке, в каждом из нас.

— Во многих храмах нет пандусов, вы считаете это проблемой?

— Во всех строящихся храмах они запроектированы, это обязательно, это требование государства. А если пока нет пандусов — это как раз тот случай, когда можно проявить любовь к ближнему, помочь, не пройти мимо. Нужно бороться с равнодушием, здесь для Церкви работы очень много.

— Можно научить или научиться доброте?

— Она в каждом заложена от природы, но мы ее забиваем, напускаем равнодушие. Доброта присуща всему живому, она есть даже у животных. Черствость — это последствие отношения к человеку как к бездушному роботу. Учиться доброте не нужно, нужно ее пробудить. Сколько у нас по квартирам немощных, старых, одиноких людей? И мы об этом не знаем. Церковь бьет во все колокола, призывает объединяться против зла.

— Что бы вы хотели пожелать нашим слушателям и читателям на Новый год и на Рождество?

— Я желаю здоровья и найти себя в нравственно-моральном направлении, в том числе — обрести счастье быть верующим, просвещенным, культурным человеком.