11 апреля, в рамках просветительской встречи с красноярскими полицейскими, Митрополит Красноярский и Ачинский Пантелеимон ответил на вопросы в формате свободного диалога:
— Вы говорили про Благодатный огонь. Действительно, это чудо света, и никто не может объяснить, почему фактически в одно и то же время, в одном и том же месте возникает необжигающий огонь. Как вы считаете, почему так происходит?
— Личность Творца непостигаема нашим умом, и мы воспринимаем бытие через сверхъестественные и естественные откровения, то есть, через то, что Бог открывает о Себе. Святые отцы-подвижники вообще запрещают на эту тему напрягать разум человеку. Мы можем только свидетельствовать, что это явление есть.
Что касается Божественного огня, то он, как правило, является в виде дождя. Надо сказать, что не только в Великую Субботу. Бывают моменты, когда он является совершенно в неожиданное время, и особенно — когда большая угроза и потрясение угрожает мирному существованию человечества. Сегодня мы видим, что эти потрясения касаются всех до единого, живущих на Земном шаре.
Поэтому, Благодатный огонь — это участие Господа в нашей жизни. Тем более что, наблюдая нашу жизнь, Господь, нас же создавший, понимает наши заблуждения и наши светлые стороны. В Великую субботу совершается это всемирное, вселенское явление Божественной силы миру, утверждая Воскресение Иисуса Христа, утверждая Его Божественность.
— Владыко, скажите, пожалуйста, достаточно ли быть верующим человеком «в душЕ», или обязательно ходить в церковь?
— Это очень важный вопрос, и спасибо вам, что вы его задали. Обычно мы можем слышать следующее: что мне ходить «к попам», я верую «в душЕ». Я встречал таких людей и среди крупных меценатов, которые колоссальные деньги отдавали на строительство храмов, сами их строили и строят, но не посещают церковь.
В душе мы веруем все. Святой отец III века Тертуллиан сказал: «Душа человека — христианка». А если вспомнить замечательный фильм «Они сражались за Родину», эпизод, когда советский солдат поднимается из траншеи, не видит ничего от дыма и копоти и крестится, — говорит о том, что действительно душа верующего человека — христианка, и она всегда ищет опоры именно в Боге.
Но требуется и воспитательный и структурный компонент. А он может быть только в Церкви. Как, к примеру, государство — это же не просто поля, реки, горы. Это наши деревни и поселки, города, школы и больницы. В Церкви через Таинства и молитвы мы достигаем очищения от того, что накладывается на наши души, говоря простым языком. Церковь может понять любой грех, Церковь принимает человека с любым грехом, с любой болью. Это Божественные установления, которые фундаментально заложены в Священном Писании.
Та вера, которая у человека «в душЕ» — это вера, я бы сказал мягко, «религиозного либерала». Это некий либеральный подход и оправдание своего эгоизма, самовозвеличивание, в какой-то мере. Обычно «верой в душЕ» люди пользуются по двум случаям.
Одни — в силу многих факторов стесняются ходить в храм. Есть люди, особенно среди старшего поколения, которые не могут: всей душой они в храме, но воспитаны по-другому: например, учительница, которая проработала в школе, начиная с 1940-х годов… И я таких людей встречал и знаю. Вот недавно получил письмо из Калининграда от одной очень пожилой учительницы, ей почти 90 лет. Она пишет: «Владыко, наконец-то я стала креститься в храме». Она стала членом Церкви, но не могла перекреститься: выработался такой синдром, из-за боязни, что кто-то осудит ее.
А другие — не могут набраться мужества, чтобы открыть свои грехи. Но ведь их не нужно, как в первых веках, открывать всему обществу: есть грехи, которые могут заразить других дурным примером. На Исповеди это все говорится священнику, а тот выслушивает это, как хирург, неся на себе этот груз: он дал присягу и не может разглашать ничего. К тому же, человек Церкви не может уходить в сторону от борьбы с тем, что разрушает жизнь.
Дома нужно десять тысяч раз молитву «Господи, помилуй!» повторить для достижения какого-то эффекта, а в церкви, с народом один раз скажешь — и зачтется тебе. Кроме того, принадлежность к Церкви дает право обладать личной собственной волей, внутренней властью своей требовать от себя самого чистоты и нравственности, и влиять на тот мир, который погибает в безнравственности.
— Ваше Высокопреосвященство! Скажите, пожалуйста, а как Церковь относится к проблеме пересадки человеческих органов? Если человеку пересадили, например, сердце, что с ним происходит с точки зрения Церкви?
— Существует документ «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», где поднимаются, в том числе, подобные вопросы, начиная от абортов и заканчивая клонированием.
Все, что служит спасению жизни человека через медицинское вмешательство, — благословлено. В том, что люди научились через медицинский прогресс совершать такие деяния, как пересадка органов, нет никакого греха, даже если мама или близкий человек близкому, друг, близкие или соседи, отдает человек человеку почку — это великий подвиг и мы верим, что милостью Божией люди будут жить и сто лет.
Есть страшные и жуткие явления, скажем, порядки у «Свидетелей Иеговы», где переливание крови запрещено и какие-то лекарства. Православная Церковь же в переливании крови и применении лекарств не видит ничего преступного и греховного, противного Богу. Да, мы не находим этого в первых веках христианства, но тогда люди и не знали, как это делать! Здесь стоит задуматься о другом: о греховном состояния нашего мира сегодня, ведь все болезни имеют причины. После грехопадения человек ослабел, и в какой-то период начали появляться заболевания.
С другой стороны, диавол есть везде, здесь и там, поэтому некоторые медицинские практики могут быть во вред. Есть к примеру такие, которые фашистами в Германии применялись.
— Дорогой Владыко! Завершающий вопрос: совершенно очевидно, что сотрудники полиции в силу исполнения своих обязанностей сталкиваются с самыми низменными чувствами, пресекая противоправную деятельность. Подчас порой бывают срывы и злоупотребления, и выпивают спиртные напитки, и много чего.
Внешнее воздействие влияет на внутренний мир. Если кратко, то что нужно сотруднику полиции говорить каждый день для того, чтобы быть предельно ясным перед самим собой, чистым перед обществом и Всевышним?
— Это очень важный вопрос, и он повседневный. Начнем с того, что и я живу в этом мире. Много грязи на Церковь выливается незаслуженно, как и в 1917 году. Примерно то же самое в обществе происходит в отношении правоохранительных структур. И это незаслуженно, хотя «в семье не без урода», и иногда происходит так, что допускают и священнослужители, сотрудники полиции непозволительные вещи, и это большой грех, и за это они несут прещение. Мы дадим ответ за каждое слово, за каждое грубое проявление характера, и, конечно, за каждое покровительство злу.
На сегодняшний день все наше общество, начиная с 1990-х годов, еще не пришло в спокойствие. Много причин, будоражащих сердца людей, и ветеранов, и молодежи. Открытая несправедливость, которую мы все видим, явления, которые нельзя объяснить, и они дают страшные рецидивы озлобленности. Поэтому нужно беречь себя, душу и сердце от проявления злобы. Жить с оглядкой, помня слова апостола Павла: «Блюдите, како опасно ходите» (Еф. 5:15). Особенно людям, которые облечены какими-то полномочиями: духовными, законническими, властными, ведь они — как свеча на подсвечнике.
Важно помнить, что мы будем отвечать перед Спасителем за все, что было содеяно во зло слабым: а это дети, это вдовы, это сироты, это ветераны, это простые люди. Мы должны покровительствовать.
Я говорил, что нет греха, который бы не прощался. Ваше дело — не прощать грехи, а поступать по закону. В этом отношении иметь надо, как мне кажется, человеческое милосердие и сочетать его со справедливостью закона.
Господь дал каждому из вас жизнь один раз. Вы обязаны беречь свои жизни, не подставлять головы под бесовские явления, которых так много в нашем обществе. Ваша работа очень ценна в Божиих глазах, простого народа, и так будет до второго пришествия Христа.
А все остальное — человеческое, оно не должно быть чуждо вам, но оно должно быть в таких рамках и нормах, чтобы ничего не страдало: ни семья, ни сам человек, ни внутренняя жизнь. И, мне кажется, люди такого призвания должны быть в состоянии внутренней дисциплины, которое не позволяло бы ни малейшей слабости.
Угодить народу сложно, да и не нужно: его нужно держать в поле законных рамок. Как и в Церкви: верующие добровольно отдают себя в Божий закон, в рамки духовной дисциплины, тем самым будучи свободными от греха.
Кто верующий — укрепляет пусть веру, а в целом пусть Господь хранит всех. Ваша работа — как архангела Михаила, который диавола заточил в оковы. И хотелось бы, чтобы укреплялась надежда общества и людей на наших полицейских.
Дай Бог вам здоровья, пасхальных и семейных радостей, конечно, достойных оценок по службе.
Пресс-служба Красноярской епархии
