Константинопольский Патриархат 7 сентября 2018 года «в рамках подготовки к предоставлению автокефалии Православной церкви на Украине» назначил своих экзархов в Киеве, который является канонической территорией Московского Патриархата. О том, чем продиктовано решение о поддержке раскольнической церкви и к каким последствиям оно может привести для Украины и для православного мира в целом, рассказал в интервью ТАСС председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Р. Легойда.

— Что означает назначение Константинополем своих посланников на Украину?

— Назначение Константинополем своих специальных представителей в пределы другой Поместной Церкви — без согласования этого шага со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, с Блаженнейшим митрополитом Киевским и всея Украины Онуфрием — означает, к сожалению, что Константинопольский Патриархат встал на путь нарушения канонов, которые прямо воспрещают епископам одной Поместной Церкви вмешиваться во внутреннюю жизнь и дела другой Поместной Церкви.

— Ранее представители Церквей из разных стран, выступая в СМИ, уверяли, что каноническим путем предоставить автокефалию Украинской Церкви, о которой просил Порошенко, не представляется возможным. Неужели они были неправы и создание независимой церковной структуры, инициированное украинскими политиками, возможно?

— Автокефалия может быть предоставлена только канонической церковной структуре. На Украине таковой является Украинская Православная Церковь в составе Московского Патриархата. Предоставление автокефалии раскольникам нисколько не добавит им легитимности. Соответственно, любой вопрос об автокефалии даже в теории можно ставить только в том случае, если есть подобное обращение Украинской Православной Церкви — в первую очередь, конечно, в Москву. Никакого обращения по поводу автокефалии Украинская Православная Церковь не делала, поэтому то, что мы сейчас наблюдаем, — это политический проект, соединенный с личными амбициями.

— А как Константинопольский Патриархат обосновывает свои действия на Украине?

— Во-первых, Константинопольский Патриархат объясняет свою готовность даровать автокефалию якобы существующим у него правом на каноническую территорию Украины. Устами своих иерархов он отсылает нас к письму Патриарха Константинопольского Дионисия IV, составленному, когда Киевская митрополия после двухсотлетнего разделения Русской митрополии в 1686 году вновь воссоединилась с Москвой и где якобы говорится о временности воссоединения Киевской митрополии с остальной Русской Православной Церковью. Это не так, документ свидетельствует об окончательной передаче. Та же часть письма, где говорится о том, что Киевскому митрополиту нужно поминать за богослужениями Константинопольского Патриарха в контексте того времени, а тем более сегодняшнего, однозначно прочитывается не как право на каноническую территорию, а как некий акт уважения, но никак не признание властных полномочий.

Второй момент связан с претензией Константинополя единолично решать вопрос о предоставлении автокефалии в принципе. Однако такая претензия не находит поддержки у других Православных Церквей. Вопрос о консенсусном предоставлении автокефалии многократно обсуждался Церквами, была выработана и согласована процедура этого процесса, предполагающая, что вопрос об автокефалии на Украине может быть инициирован Церковью-Матерью, в данном случае — Русской Православной Церковью, и поддержан всеми остальными Православными Церквами. Мы этого процесса не видим.

— Какие ответные шаги могут последовать со стороны Русской Православной Церкви, чьей канонической территорией является Украина?

— Сейчас не буду говорить о конкретике, поскольку остается пусть исчезающая, но все же надежда, что черта не будет перейдена и действия Константинопольского Патриархата не вынудят нас к последующим шагам. Совершенно точно могу лишь сказать, что если решение будет принято и нарушение канонов будет продолжаться, то ответные меры обязательно последуют и они будут достаточно жесткими.

— Глава ОВЦС митрополит Волоколамский Иларион недавно заявил, что если Константинополь предоставит автокефалию раскольникам, то может быть разорвано каноническое общение между Русской и Константинопольской Церквами. Это кажется логичным продолжением ситуации, но насколько это будет катастрофичным для мирового Православия? Это действительно реально в ближайшей перспективе?

— Если автокефалия будет предоставлена, Русская Церковь ее не признает. Безусловно, это может повлечь за собой и прекращение общения. Напомню о ситуации 1996 года, когда Константинополь в нарушение канонов издал указ, согласно которому в Эстонии — на канонической территории Русской Православной Церкви — создавалась Эстонская митрополия Вселенского Патриархата. В ответ на это Священный Синод Русской Церкви на несколько месяцев приостановил каноническое и евхаристическое общение с Константинопольским Патриархатом, а также принял решение прекратить поминовение за богослужениями Патриарха Константинопольского по диптиху Предстоятелей Поместных Православных Церквей. Впоследствии этот конфликт был уврачеван, но не до конца.

Подобное развитие событий на Украине действительно будет драматичным или даже катастрофичным, поскольку и сейчас наши братья на Украине находятся в тяжелом положении, а в таком случае еще больше усилится давление на них и со стороны националистов, и со стороны государства. Для мирового Православия, для всей православной семьи это будет иметь тяжелые, трагические последствия.

— Поддержит ли «автокефалию», в какой бы форме она сейчас ни появилась, церковный народ? Возможно ли нарастание агрессии в отношении представителей Украинской Православной Церкви Московского Патриархата в случае легитимизации так называемого Киевского патриархата? Как будет решаться вопрос с имуществом в таком случае? Кому перейдут храмы, занимаемые сегодня нашей Церковью?

— Если речь идет о верных чадах Русской Православной Церкви, то я надеюсь, что в основной массе существует понимание правомочности принимаемых Священноначалием решений. Также мы знаем, что и в других Поместных Церквах тоже есть верное понимание ситуации. Мы многократно получали заверения их Предстоятелей в поддержке нашей позиции. Вспомнить хотя бы недавнее выступление Предстоятеля Сербской Православной Церкви Патриарха Иринея на церемонии вручения премий Международного общественного фонда единства православных народов.

Что касается легализации «Киевского патриархата», то нарастание агрессии в этом случае не только возможно, но практически неизбежно. Если даже в ситуации, когда никто не признает раскольников, они силой отобрали у канонической Украинской Церкви более 40 храмов, то можно только догадываться, какие масштабы может приобрести их силовое давление после получения Томоса.

Есть все основания полагать, что со стороны раскольников вопрос о принадлежности храмов и церковном имуществе будет решаться силовыми методами при возможном попустительстве государства. Так, уже есть пример, когда суд постановил, что храм принадлежит Украинской Церкви, а раскольники все равно продолжили свои силовые действия. Я имею в виду Успенский храм в селе Птичья Дубенского района Ровенской области.

Я думаю, что добровольно приходы канонической Украинской Церкви в «Киевский патриархат» не перейдут, и это может вызвать насилие со стороны раскольников.

— Почему Константинопольский Патриархат, одна из 15 Поместных Церквей мира, решил вмешаться в дела Украинской Церкви, хотя единственная каноническая церковь Украины — Украинская Православная Церковь Московского Патриархата — никакой автокефалии не просила?

— Это и составляет главный вопрос и предмет обеспокоенности сегодня, потому что до конца причины понятны только самому Константинопольскому Патриарху.

Внешне, со стороны, мы можем видеть то, что почему-то вдруг произошло изменение логики, уход с пути следования канонам, евангельскому миру и помощи людям на путь потакания политическим амбициям, прежде всего украинской политической власти, которая, понятно, в нынешнем виде ни при каких условиях не сохранится после выборов, и поэтому такая спешка в решении церковного вопроса.

Почему вдруг эта логика возобладала? Я думаю, что здесь, конечно, много разных факторов, не исключая и определенное внешнее давление на Константинопольский Патриархат, на что Патриарх Варфоломей и сам жаловался, говоря о попытках влияния на его действия со стороны его паствы в Америке и политических сил США.

— Какие возможные варианты дальнейшего развития событий? Зависят ли они больше от Церквей или от политиков?

— Варианты все уже проговорены. Главная наша надежда на то, что Константинополь все-таки остановится в шаге от непоправимого, и хотя пока вся логика его действий говорит об обратном, надеемся на вразумление украинских политиков. Они должны понять, что вместо получения ими желаемых политических дивидендов страна будет ввергнута в еще больший хаос.

Разрешение проблемы зависит от всех, но в первую очередь сейчас — от Константинопольского Патриарха, о чем сказано в заявлении Священного Синода Русской Православной Церкви от 8 сентября 2018 года. Это заявление завершается такими словами: «…вся полнота ответственности за данные антиканонические деяния ложится лично на Патриарха Варфоломея и тех лиц в Константинопольской Церкви, которые их поддерживают».